ИОАНН КРЕСТИТЕЛЬ

(JOHN THE BAPTIST)

После Иисуса Христа в евангелиях самой значительной с богословской точки зрения фигурой является, по-видимому, Иоанн Креститель. Как и в случае Иисуса, история его рождения описана весьма подробно (Лк. 1:5-25). Его вступление в этот мир было отмечено ангельским предвозвестием и божественным вмешательством (Лк. 1:57-80). Рождение Иоанна не только во многом параллельно рождению Иисуса, но и воспроизводит ряд важных моментов из истории рождения Исаака у Авраама и Сарры (Быт. 17:15-22; 21:1-7). Иоанн с очевидностью принадлежит к центральным фигурам в истории Божьего спасения. Хотя годы его взросления прошли в безвестности в пустыне (Лк. 1:80), его общественное служение прервало почти четырехсотлетний период молчания пророков. Иоанн был тем гласом вопиющего в пустыне, который призывал приготовить путь грядущему Мессии (Ис. 40:3; Мф. 3:3; Мк. 1:2-3; Лк. 3:3-6). В этом смысле его проповедь и служение являются кульминацией закона и пророков, но и возвещают зарождение Царства Божьего (Мф. 11:12; Лк. 16:16). Поэтому Иоанн был поистине переходной фигурой, осуществляющей связь между Ветхим и Новым Заветом. Он соединяет два века, одной ногой утвердившись на основании Ветхого Завета, а другой — Нового.

Главной темой в его служении было «покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф. 3:2). Его называли «Крестителем», потому что он совершал обряд крещения для тех, кто откликнулся на его проповедь и искренне покаялся в своих грехах (Мф. 3:6; Мк. 6:14; Лк. 7:20).

Иоанн был пророком конца времен. Свое служение он осуществлял с эсхатологической авторитетностью, которая требовала незамедлительных действий. Он учил, что суд близко. Секира поднесена к корням, и Бог тщательно очистит Свое гумно (Мф. 3:10-12; Лк. 3:9, 17). Искренность покаяния должна быть удостоверена практическими делами: поделиться имуществом с нищими, не мздоимствовать, не взыскивать лишнего (Лк. 3:11-14).

Образ жизни Иоанна был так же строг, как его проповедь. Он вел аскетическую жизнь в пустыне, одеваясь в верблюжью шерсть и питаясь акридами и диким медом (Мф. 3:4; Мк. 1:6). В отличие от Иисуса, он ждал, пока люди придут к нему, а не шел к ним сам (Мф. 3:5).

Иоанн не был «любимцем толпы». Он решительно противостоял лицемерию религиозного истеблишмента (Мф. 3:7; Лк. 3:7). Он не колеблясь обличал безнравственность Ирода и предпочел умереть мученической смертью, но не уступить в том, в чем был убежден (Мф. 14:3-12; Мк. 6:17-29).

Из всех этих черт складывается портрет Иоанна как сурового пророка, провозглашающего апокалиптическое слово Божье. В самом деле, Лука говорит, что Иоанн пришел «в духе и силе Илии» (Лк. 1:17). Далее он частично цитирует Мал. 4:5-6, где сказано, что Илия вернется «пред наступлением дня Господня, великого и страшного». По сути дела, некоторые современники Иоанна спрашивали, не Илия ли он (Ин. 1:21).

Веру в то, что Илия вернется и приготовит путь Господу, можно проследить начиная с текстов Мал. 3:1; 4:5. Подобные представления можно обнаружить также во внебиблейских повествованиях Сир. 48:10 и 3 Езд. 6:2 и сл. В евангелиях также указывается, что многие верили: сначала должен прийти Илия, а затем Христос (Мф. 11:14; 17:10; Мк. 6:15; 9:11; Лк. 9:8).

Иоанн решительно отрицал, что он воскресший Илия (Ин. 1:21, 25). Тем не менее Иисус подтвердил, что Илия должен прийти сначала и что он явился в лице Иоанна Крестителя (Мф. 17:11-13; Мк. 9:12-13). Иоанн исполнил пророчество Малахии в духовном смысле, а не буквально.

Таким образом, Иисус признал, что Иоанн играл в Божьем замысле о спасении центральную роль. Иоанн был самым великим из рожденных женами, потому что получил привилегию указать на Агнца Божьего (Ин. 1:29-34). И все же, как последний великий пророк дохристианской эры он был наименьшим в Царстве Божьем (Мф. 11:11; Лк. 7:28).

Иоанн полностью воспринял свою роль помощника Христа. Он отрицал, что он — Христос, и неоднократно подчеркивал, что он просто свидетельствует о Свете (Ин. 1:19-23; ср. также Ин. 1:6-9; 3:27-30). Иоанн утверждал, что Иисус сильнее его и что Его служение и крещение больше Иоаннова (Мк. 1:7-8; Лк. 3:16; Ин. 1:26-27). Он хотел не крестить Иисуса, а сам получить от него крещение (Мф. 3:13-14). Иоанн позволял своим ученикам оставить его и следовать за Иисусом (Ин. 1:35-39).

Но при всем своем величии Иоанн был просто человеком. В качестве такового он тоже присоединился к расхожим домыслам на тему тождественности Христа. Возможно, что представления Иоанна о Мессии настолько изменились под влиянием того, что он видел и слышал о Иисусе, что он задался вопросом, действительно ли Иисус был Христом (Мф. 11:1-2; Лк. 7:18). То, что Иисус не был аскетом и охотно искал общества мытарей и грешников, Иоанну и его ученикам могло показаться оскорбительным (Мф. 9:9-17; 11:18-19; Лк. 7:33-34). А Иисус, возможно, отвергал этот укор Иоанна, когда произнес: «Блажен, кто не соблазнится о Мне» (Мф. 11:6; Лк. 7:23).

И наконец, несмотря даже на то, что Иоанн был просто свидетелем, играющим роль фигуры переходной, не следует недооценивать влияние его жизни и его служения. При жизни его окружала свита учеников, следовавших распространенным обрядам, таким как пост и молитвы (Мф. 9:14; Ин. 1:35-37; 4:1-2). Ученики Иоанна пережили его смерть и рассеялись по всему Средиземноморью. Аполлос из североафриканской Александрии какое-то время знал только крещение Иоанново (Деян. 18:24-25). Сходным образом, когда Павел прибыл в Ефес, он встретил около дюжины учеников Иоанна. Они тоже приняли только крещение Иоанново (Деян. 19:1-7). Подобные примеры свидетельствуют, что течение, связанное с крещением Иоанновым, могло быть намного влиятельней, чем это удается выявить из Нового Завета.

В современной науке отношения между Иисусом и Иоанном стали предметом исторического изучения. Как Иисус относился к Иоанну, и что Иоанн почерпнул из служения Иисуса? В таких исследованиях Иоанн нередко рассматривается как модель для истолкования жизни и служения Иисуса. Например, рассказ о муках и смерти Иоанна мог служить предвосхищением для страданий и смерти Иисуса на кресте. Кроме того, в какой степени Иоанн повлиял на жизнь и служение Иисуса? В самом деле, жестокость Ирода Антипы по отношению к Иоанну могла оказать значительное влияние на раннее служение Иисуса в Галилее и на Его последние дни в Иерусалиме.

Ранняя христианская традиция, в рамках которой сформировались относящиеся к Иоанну материалы евангелий, также находится в центре внимания современных исследований. Например, суровые обвинения и предостережения Иоанна связаны со служением Иисуса (Лк. 3:17-18), но в сущности, не типичны для Его проповеди. Кроме того, относительно воскресения Иоанна из мертвых (Мк. 6:14-16) существовала, по-видимому, ранняя традиция. Из каких потенциальных источников такая традиция могла возникнуть?

Богословское значение могут иметь даже географические характеристики служения Иоанна. Пустыня может подчеркивать суровый характер проповеди Иоанна или символизировать скитания Израиля в пустыне.

И наконец, представляет интерес психологический и социологический анализ Иоанна. В соответствии с критериями девиантной социологии, поведение и проповедь Иоанна могут быть охарактеризованы как «девиантные» или отклоняющиеся. С учетом этого, обращение Матфея к Ис. 40:2-3 в Мф. 3:3 могло ставить своей целью оправдать Иоанна и удостоверить правомочность его служения.

В заключение, еще раз отметим, что богословское значение Иоанна Крестителя в Новом Завете весьма велико. Он прервал почти четырехсотлетний период молчания пророков и приготовил путь для Мессии. В духе Илии он проповедовал покаяние и крещение. В самые черные дни своей жизни он спросил, Иисус ли Тот, Который должен прийти, или нужно ждать другого. Он основал духовное течение, которое сохраняло влияние долгое время спустя после его смерти и распространилось по всему Средиземноморью.

Уильям А. Симмонс

См. также: ИЛИЯ; ИИСУС ХРИСТОС.

Литература: R.E.Brown, New Testament Essays; M.Cleary, ITQ 54 (1988): 211-27; M.Faierstein, JBL 100 (1981): 75-86; R. C. Kazmierski, Bib 68 (1987): 22-40; J.Lambrecht, NTS 38 (1992): 357-84; P.J.Meier, JBL 99/3(1980): 383-405; J.R.Miller, NTS 34 (1988): 611-22; S.J.Nortje, Nentestamentica 23 (1989): 349-58; P.Parker, Perspectives in Religious Studies 8 (1981): 4-11; J.A.T.Robinson, NTS 4 (1958): 263-81; idem, Twelve New Testament Studies; C.Scobie, John the Baptist; W. Wink, John the Baptist in the Gospel Tradition.